Россия на первой Всемирной выставке

Наиболее любопытные успели забраться в здание еще ночью и прятались там на верхних галереях. Кофейные дома и таверны работали до утра. С пяти часов весь Лондон был уже на ногах. Лондонские омнибусы были украшены цветами, а кучера наряжены в новые кафтаны. «Джон Буль решил стать любезным», - язвили зарубежные издания.

Описывая в письме к королю Бельгии Леопольду испытанные ею облегчение и восторг, королева Виктория признавалась: |<Это был самый счастливый и торжественный день в моей жизни, и я не могу думать ни о чем другом. Дражайшее для меня имя Альберта увековечено его великим замыслом, его собственным, и моя собственная любимая страна доказала, что она достойна этого».

Известный журналист Жюль Жанен увидел в этой церемонии подчеркнуто роялистскую идею: «Сегодня мы присутстваовали на самом великолепном торжестве древнего царского величия... Мы, люди мятежного века, наследники раздоров и бурь, посеянных нашими отцами, нетвердые в своих правилах, краснеющие повиноваться законам ... мы видели трон... забытое у нас величество, видели всемогущую силу душевного уважения» [20]. В центре города повсюду были толпы людей, словно большая магнитная гора притягивала к Гайд-парку весь светский и необразованный мир. Фасады домов были по возможности подновлены, мосты и даже Тауэр свеже покрашены, торговые места расширены, и даже появились надписи на иностранных языках. При входе в Гайд-парк француз Сойе, известный лондонский гастроном, открыл большую столовую с быстрым обслуживанием, нарядно украшенную и постоянно полную посетителей.

Неподалеку от главного здания в Гайд-парке был выстроен образцовый двухэтажный «коттедж для рабочих». Его проектирование и возведение курировал непосредственно принц Альберт, пытавшийся доказать, что с помощью архитектуры можно за небольшие деньги значительно улучшить бытовые условия простых жителей Англии. В другом месте Гайд-парка ловкий американский антрепренер Финеас-Тейлор Барнум, разбогатевший в Новом Свете на открытии увеселительных заведений, в специально сооруженном «китайском павильоне» показывал за деньги «знатную китаянку с семейством и прислугой».

В Punch постоянно изображали совершенные пустые улицы Манчестера и других городов, противопоставляя им запруженные до предела улицы Лондона, по которым пытались двигаться барские кареты, тильбюри, дрожки, омнибусы и даже огромные телеги с местами для пассажиров, украшенные деревянными щитами со словами «К выставке», написанными огромными буквами.

Здание было окрашено снаружи в белый и синий цвета. В нижнем ярусе доминировали темные краски крашеных деревянных панелей. Столы, на которых были разложены небольшие по размерам экспонаты, были обиты малиновым и зеленым сукном.

Великобритания занимала половину всей выставочной площади, но ее экспонаты были разбросаны по разным залам. Рядом с ними можно было видеть аналогичные изделия, присланные из других стран, что сильно запутывало зрителей (английский текстиль был в 45 местах, изделия из металла - в 765 местах). В английском разделе почти все машины и механизмы были выставлены вместе с их прототипами, нередко примитивными по конструкции и грубыми по форме - с тем чтобы зрители могли наглядно видеть, насколько шагнули вперед конструктивные новшества и как улучшился их вид. Этот экспозиционный прием впоследствии вошел как образцовый в историю выставочного дизайна.

Следующим по размеру был раздел Франции (почти 100 тысяч кв. футов). Французских участников оказалось значительно меньше, чем ожидали - не более 1800 вместо 2600. Особенно мало было «механических произведений», что было вызвано убытками, которые потерпели французские промышленники от революции, и опасениями, что английские конкуренты не упустят случая воспользоваться их новшествами. В российских газетах, печатавших репортажи с выставки, не преминули отметить, что адмиралтейство Великобритании отдало приказ всем своим офицерам ходить на выставку й описывать закрепленные за каждым из них иностранные изобретения, подавая потом отчеты своему начальству [21].

Самыми интересными во французском разделе были образцы оружия парижских фабрик, фарфор, хрусталь, лионские шелка и многочисленные женские украшения. Кроме того, из Франции привезли консервированное мясо «в безвоздушных посудах» и молоко в сухом виде, выставленное в брусках и досках.

За Францией по объему представленных вещей следовала Бельгия, где было развито машиностроение, затем шли раздробленные немецкоязычные государства. На выставку прибыл немецкий промышленник Альфред Крупп. Он привез гигантский слиток из тигельной стали весом 4300 фунтов, тогда как наибольший английский слиток из Шеффилда стали весил-«всего» 2700 фунтов. Фирма «Сименс» представила новый образец электрического телеграфа.

Продолжение: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24